К ПРЕДЫДУЩЕЙ ГЛАВЕ

Большое количество наскальных изображений было открыто в ходе археологического изучения Сибири. К огромному массиву сибирских писаниц можно отнести наскальные рисунки в долинах рек Енисея, Лены, Ангары, Томи и их многочисленных притоков.

Сибирские изображения животных принадлежат к числу наиболее выразительных и ярких образцов лесных писаниц. Центральное место в них занимал образ лося, самого крупного зверя сибирской тайги, охота на него была основным источником существования лесных племен. В изображениях этого зверя с наибольшей полнотой выражены черты того реалистичного стиля, который вырос на почве опыта первобытного охотника. Образ зверя непрерывно связан с его мировоззрением и мифологией. Сибирские писаницы представляют собой наиболее древние по стилю и содержанию наскальные изображения, предшествующие вторжению в регион тюркских племен, большинство из них относятся к неолиту и эпохе бронзы. Здесь наиболее полно представлено исконно лесное, таежное искусство с характерными для него сюжетами и образами, со своим мироощущением и реализмом в стиле.

Изображение рожающей лосихи. Скопировано экспедицией А.П. Окладникова на Каменных островах, река Ангара

Фигура быка выполненная в «минусинском стиле». Гора Оглахты, долина реки Енисей

К сожалению, до наших дней дошли далеко не все сибирские памятники наскального искусства. Освоение и промышленное развитие сибирских регионов повлекли за собой гибель многих из них. Некоторые великолепные наскальные изображения погибли при строительстве гидроэлектростанций на крупных сибирских реках. Так, при строительстве Братской ГЭС, в 1960-х годах ушли под воду Каменные острова на реке Ангаре. Здесь в глубокой древности на скалах были вырезаны или нанесены красной краской различные изображения. Последними, кто увидел эти рисунки, были участники экспедиции под руководством А.П. Окладникова. Петроглифы были тщательно описаны, зарисованы на кальку, сфотографированы, более того археологам удалось снять со скал часть рисунков и доставить их в Иркутск.
При строительстве Саяно-Шушенской ГЭС были потеряны многие памятники наскального искусства, в том числе изображения Мугур-Саргола и Алды-Мозага. История исследования петроглифов Саяноского каньона тесно связана со строительсвом гидроэлектростанции. Места нахождения наскальных рисунков были открыты участником первых геодезических работ в зоне будущего водохранилища С.В. Макаровым в 1956 году.

В 1960-е годы петроглифы активно исследовались экспедициями А.Д. Грача и А.А. Формозова. В 1974 году к работам в Саянском каньоне Енисея приступил отряд археологов под руководством Марианны Арташировны Дэвлет. Были выявлены и изучены такие памятник как «Дорога Чингиз-хана», Орта-Саргол, Бижигтиг-Хай, Устю-Мозаг, Мозола-Хомужалыг. Эти исследования были обобщены исследователем в ряде монографий: «Петроглифы Мугур-Саргола», «Петроглифы Улуг-Хема», «Петроглифы на дне Саянского моря».

Под водами Красноярского водохранилища остались многочисленные изображения, расположенные в долине реки Енисея. Так ушли под воду некоторые гравированные панели на горе Оглахты. Большая часть рисунков была скопирована экспедицией Якова Абрамовича Шера в 1967–1969 годах. Исследователь отмечал, что здесь, в Хакасско-Минусинской котловине есть особый пласт архаичных изображений, сильно отличающихся от рисунков более позднего времени. Подобные рисунки не встречаются в других регионах Сибири. Ученый подробно охарактеризовал особенности стиля этих петроглифов и привел убедительные аргументы в пользу отнесения их к числу наиболее ранних рисунков региона. О древности этой группы наскальных изображений свидетельствуют набор образов, отражающий мир первобытного охотника, реализм изображений, крупные размеры фигур и такие стилистические особенности передачи фигур животных как грузный корпус, маленькая голова с вытянутой вперед мордой. Кроме этого, Я.А. Шер отметил особенности расположения таких фигур, они высечены на самых удобных плоскостях и никогда не наслаиваются на фигуры других периодов, более того, часто они сами перекрыты более поздними петроглифами.

ОКЛАДНИКОВ АЛЕКСЕЙ ПАВЛОВИЧ (1908-1981)

Ведущий советский археолог, историк, этнограф, академик АН СССР, Герой Социалистического Труда, руководитель многочисленных археологических экспедиций в Сибири, Дальнем Востоке, Якутии, Средней Азии, Монголии.

Один из создателей Института истории, филологии и философии Сибирского отделения АН СССР.

Алексей Павлович Окладников — первооткрыватель захоронений неандертальского человека в гроте Тешик-Таш в Узбекистане. Он впервые обнаружил и описал палеолитические памятники на территории Монголии. Исследовал первобытные наскальные изображения на берегах рек Лены и Ангары, в Приамурье, в Монголии. Ему принадлежат фундаментальные исследования в области изучения прошлого сибирских народов, начиная с древнейших времен и до XVII века.

Собранный А.П. Окладниковым археологический материал стал основой музея под открытым небом в Новосибирском Академгородке. Алексей Павлович автор более 350 работ по истории первобытного общества и первобытной культуры, по палеолитическому и неолитическому искусству, по истории Сибири, Дальнего Востока и Крайнего Севера с древнейших времён до XVIII века. Правильность многих его выводов подтверждается исследованиями современных археологов.

За заслуги в области археологии, исторической науки, в подготовке научных кадров в 1978 году академику Окладникову присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот».

В честь исследователя названа одна из пещер Горного Алтая, а также учреждена премия имени А.П. Окладникова для молодых учёных Сибирского отделения РАН и именная стипендия для студентов Новосибирского Университета.

Все это указывает на сходство рисунков этого пласта минусинских фигур в отдельных стилистических элементах и построении композиций с некоторыми европейскими палеолитическими изображениями. Хотя точных датировок эпохой древнекаменного века пока нет.

С 1977 года к изучению минусинских памятников приступил Петроглифический отряд Южносибирской археологической экспедиции Кемеровского университета. В 1990 году археологам несказанно повезло, уровень воды в Красноярском водохранилище был необычайно низким. Специалистам удалось обследовать обнажившиеся плоскости и перенести на микалентную бумагу многие древние изображения. Именно здесь эта длинноволокнистая хлопковая бумага показала свою незаменимость. После сравнения полученных «оттисков» с копиями, сделанными путем прорисовывания на полиэтилене, преимущества микалентного копирования стали очевидны. Удалось уточнить детали многих фигур, проявились незамеченные ранее изображения на выветренных участках скалы, и, что очень важно, микалентная бумага позволила отснять большие многофигурные композиции целиком.

Такой метод документирования древних изображений был предложен знаменитым сибирским художником Владимиром Феофановичем Капелько (1937–2000). Именно ему удалось показать преимущества точного эстампажного метода копирования на микален древних петроглифов. Сегодня этот метод широко применяется археологами на многих сибирских памятниках первобытного искусства.

Ниже мы расскажем о нескольких великолепных памятников наскального искусства Сибири — Шишкинских скалах на реке Лена, Томской писанице близь Кемерово и петроглифов утесов Саган-Заба на берегах Байкала.

Шишкинские писаницы получили свое название по расположенной неподалеку деревне Шишкино. Они находятся в 266 километрах от Иркутска, в Качугском районе.

История изучения рисунков, оставленных первобытными людьми на Шишкинских скалах, насчитывает более 300 лет. Они стали известны еще в первой половине XVIII века благодаря стараниям академика Герарда Фридриха Миллера. Он уделил писаницам особое внимание в своих работах по истории Сибири. «Здесь родина бурят, у которых существует обычай почитать священные скалы…», — писал он. Отдельно стоит отметить вклад, сделанный в изучение древних рисунков, сподвижником Миллера — художником Второй Камчатской экспедиции Академии Наук — Иоганном Вильгельмом Люрсениусом. Его рисунки были выполнены с такой огромной тщательностью и усердием, что исследователи XX века подтверждают их полную идентичность с конкретными композициями. В своих рисунках Люрсениус смог передать своеобразный характер Ленских скал. Благодаря его стараниям, сегодня исследователи знают о рисунках на тех частях скал, которые не дожили до нас. Благодаря усилиям исследователей XVIII века, рисунки в верховьях Лены, стали известны в России и за рубежом.

Шишкинские писанные скалы принадлежат к числу наиболее живописных и своеобразных мест в долине реки Лены. Они непрерывной, широкой дугой тянутся вниз вдоль реки почти на три километра. С противоположного берега Лены скалы представляются в виде сплошной отвесной стены, увенчанной сверху густой темно-зеленой каймой. В действительности стена разделена на ряд отдельных скальных выходов, также в ней отчетливо выделяются ступенчатые ярусы в виде двух, трех или даже четырех уступов.

На всей протяженности Шишкинских скал рассеяны древние изображения. Они имеются и на самой нижней части, вблизи дороги-тракта, на средних ярусах и даже у самой вершины. Местами они разбросаны отдельными небольшими группами, местами концентрируются целыми скоплениями и часто густо перекрывают друг друга.

Представленные на памятнике изображения выполнены самой различной техникой и имеют многообразное содержание. Здесь можно найти упоминания почти о всех временах и народах когда-либо населявших Ленский край.

Такая плотная концентрация рисунков на определенном участке, прежде всего, объясняется удобством скал для создания изображений и их последующего сохранения. Скала сложена мощными и плотными слоями красного песчаника с широкими вертикальными плоскостями. Эти вертикальные плоскости, особенно в верхней части стены, отличаются особенной гладкостью поверхности. Шишкинские скалы были приспособлены самой природой для художественной деятельности древнего человека. Гладкие отвесные стены были прекрасным материалом для древнего творца, достаточно плотный и в тоже время мягкий песчаник легко резался кремниевым или бронзовым ножом, его можно долбить, царапать и шлифовать обыкновенным камнем. Поэтому здесь нашли применение различные способы нанесения изображений, в особенности вытирание поверхности скалы камнем, резьба по нему и шлифовка. Благодаря пористости скальной поверхности на памятнике до наших дней сохранились рисунки, выполненные красной охрой. Правда, сегодня они едва различимы.

Наскальные рисунки около деревни Шишкино дают огромный материал для понимания важных вопросов древней истории Сибири. Они позволяют восстановить многие страницы прошлого региона, начиная с каменного века и вплоть до прихода на Лену русского населения. В изображениях на Шишкинских скалах отражены исторические события, связанные с жизнью не только древнейшего населения, но и близких к нашим дням предков современных якутов и бурят. Этнографические материалы показывают, что эти народы с большим уважением и почитанием относились к расписным скалам, наскальные рисунки стали частью их верований и культа.

Наиболее значительный вклад в изучение Шишкинских писаниц в советское время был сделан Алексеем Павловичем Окладниковым. В 1929 году местные жители сообщили будущему академику, что на «шаманских скалах» находят фрагменты посуды, костей людей и что там есть загадочные рисунки. Он немедленно отправился обследовать Шишкинские скалы. Результаты показали, что это и есть тот знаменитый «Шаманский камень», о котором в своих работах писал Миллер. В этот год были скопированы наиболее интересные рисунки и сцены. В 1941 году Шишкинские скалы были подвергнуты более детальному изучению. В этом году у самого подножия скалы археологам удалось открыть стоянку палеолитического человека, а так же огромное изображение лошади, которое А.П. Окладников отнес к древнекаменному веку.

Фигуры лошадей и быка являются самыми крупными на Шишкинских скалах. Академик Окладников датировал их эпохой верхнего палеолита, однако исследования последних лет доказали, что изображений этого периода здесь не сохранились. Гора Оглахты, долина реки Енисей

Дальнейшее исследование памятника продолжилось в послевоенное время, в 1947 году в Верховья Лены отправляется новая экспедиция, участникам которой удалось скопировать на кальку и заснять на фотопленку практически все более или менее сохранившиеся и доступные изображения. Всего экспедициями под руководством Алексея Павловича Окладникова было обнаружено более чем 2700 рисунков.

Известно, что человек издавна населял эти места. В 1980-е годы была исследована расположенная поблизости стоянка первобытного человека Макарово IV. Найденный здесь каменный инвентарь датируется минимум 39 000 лет.

А.П. Окладников считал, что на Шишкинских скалах есть самые древние рисунки, которые дошли до наших дней с эпохи верхнего палеолита. Это крупные фигуры двух лошадей и быка. Изображения выполнены в единой технике, протерты широкой контурной линией и дополнительно подведены охрой. Эти три рисунка объединяются техникой выполнения, крупными размерами и единством стиля. Ученый находил этим рисункам аналогии в искусстве европейских палеолитических пещер.

Фигура первой лошади находится у начала скалы на самом верхнем ее ярусе, на высоте 40–60 метров над уровнем реки. Оно почти полностью занимает часть большого вертикального утеса. Этот рисунок выполнен краской бледно-красного цвета. Фигура показана в профиль, обращена головой по течению Лены. Размеры рисунка довольно большие — 2.8 ширина, 1.5 метра высота.

Изображение второй, меньшей по размеру лошади, тоже профильное. Оно находится в четырех метрах от первого изображения. Этот рисунок также нанесен красной краской сильно выцветшей от времени.

На третьем рисунке изображен бык. Длина фигуры 1.12 метра, а ширина 55 см. Она прорисована по контуру широкой уверенной красной полосой. Ноги животного полностью закрашены. Древний охотник смог живо и непосредственно передать не только общий вид мощной фигуры этого животного, но и характерную позу. Бык изображен с опущенной и вытянутой вперед головой.

В наши дни изучение механизма разрушения скал показало, что рисунков древнего каменного века, к сожалению, на Шишкинских писаницах нет. Та часть скалы, где они хронологически могли бы оказаться, сегодня скрыты под водами Лены или погребены под толщей обломочного материала. Шишкинские скалы находятся в тектонической зоне рядом с Байкалом. В верховьях Лены происходят землетрясения. Даже незаметные для человека толчки, приводят к осыпанию мелких фракций на склонах и разрушению горной породы.

Изображения каменного века представлены здесь его завершающей фазой — неолитом. К эпохе нового каменного века можно отнести довольно крупные фигуры животных и некоторые человекоподобные изображения.

Один из таких рисунков изображает оленя и примечателен тем, что перекрывает изображение быка, о котором говорилось выше. Фигура оленя выполнена техникой зашлифовки, она очерчена одной широкой, практически непрерывной контурной полосой. Уцелела только передняя часть изображения, но и этого достаточно, чтобы оценить смелость и уверенность руки, выполнившей его. Сегодня эта фигура практически скрыта под скальным загаром.

Так же, к наиболее интересным изображениям этого периода можно отнести фигуры двух лосей, выполненные красной краской, они сильно пострадали от времени и практически не заметны глазу. По степени сохранности, крупным размерам и способу выполнения — широкими контурными полосами красной охры, и в особенности по своим стилистическим признакам они тоже очень близки к палеолитическим изображениям Европы. А.П. Окладников определил рисунки этих лосей как одни из самых древних на Шишкинских скалах. Но, вместе с тем, отметил, что по своему сюжету эти два изображения относятся к более близкому к нам времени. Лось — типично лесное животное, жизнь которого немыслима вне условий тайги или лесотундры. Таким образом, лоси соответствуют уже не старому послеледниковому ландшафту, когда в Прибайкалье жили бизоны и дикие лошади, а новому таежному времени, эпохе неолита в Восточной Сибири.

К неолиту относятся и ряд других, реалистически изображенных фигур лося, так же выполненных красной охрой или вышлифованных. Глубокий возраст этих рисунков можно определить по их сохранности. Поверхность этих изображений практически неотличима от поверхности скалы, такая густая патина их покрывает. Неолитический возраст этих изображений подтверждается аналогиями с наскальными рисунками Средней Лены, которые могут быть отнесены к новокаменному веку не только по стилю, но и по сопровождавшим их неолитическим вещам.

К концу завершающей фазы каменного века на Шишкинских скалах можно отнести некоторые антропоморфные изображения. Наиболее характерным образцом таких фигур может служить крупный рисунок человекоподобной фигуры с шестью лучеобразными линиями на голове. Такие фигуры изображаются поодиночке и группами. Возраст этих изображений можно подтвердить совпадениями с другими археологическими объектами, например, изделиями из рога, камня и глины, найденных на Енисее и в Прибалтике.

Уникальным для неолита Восточной Сибири является изображение кабана, это промысловое животное интересовало человека с глубокой древности, оно привлекало охотника своей силой и свирепостью. Подвески из кабаньих клыков широко встречаются среди неолитических культур.

Изображение дракона на Шишкинских скалах

Олениха, провожающая лодки умерших в страну предков

В конце 20 века берегу Лены археологи обнаружили могильник, относящийся к бронзовому веку. Погребенные люди располагались параллельно руслу реки, их лица были повернуты к Шишкинским скалам.

Из изображений эпохи раннего метала, очень интересна фигура дракона, глотающего Солнце или Луну. Подобный сюжет известен в мифах многих стран и народов. Некоторые исследователи, посчитав все линии, заполняющие туловище и ребристую поверхность спины дракона, предполагают, что в этом сюжете зашифрован календарь лунно-солнечных затмений.

К бронзовому веку так же относятся сцена оленихи с лодками, заполненными рогатыми существами. Возможно, это лодки умерших, путь их лежит в страну предков, а обернувшееся назад голову животное, провожает их в плавание по реке смерти. Образ оленя — обитателя нижнего мира, широко распространен в шаманских культурах Сибири. На туловище животного нанесены несколько вписанных друг в друга концентрических кругов, это так называемые солярные знаки. Подобные сюжеты известны на писаницах Енисея эпохи бронзы и раннего железа.

В конце 20 века учеными выявлены новые изображения, среди которых четыре фигуры байкальской нерпы, которые были созданы не менее 3 000 лет назад. Древний мастер искусно отразил самые характерные черты животного, зауженную усатую морду, овальное тело, треугольный хвост и две пары ласт. Рисунки нерп в районе Верхней Лены появились не случайно, древние охотники могли пройти сотни километров до берегов Байкала, охотится на этих млекопитающих, и запечатлеть их образы на священных скалах.

Со временем среди рисунков все чаще появляются фигуры всадников, домашних лошадей, и даже колесниц. Миру лесных охотников, собирателей и рыболовов тайги, начинает противостоять мир кочевников-скотоводов и земледельцев. Целые полотна с всадниками, лошадьми, верблюдами, сказочными персонажами оставили нам тюрки-курыканы. Курыканские писаницы иногда сопровождаются тюркскими руническими надписями и созвучны одновременным наскальным рисункам енисейских киргизов Минусинских степях, а также отчасти тюркским писаницам Алтая. В эпоху средневековья были нанесены сцены конной охоты на лосей, оленей и коз выполненные прошлифовкой, в некоторых случаях художник смог добиться идеально гладкой, почти полированной поверхности. Одна из самых красивых и ярких сцен среди изображений этого времени — крупные фигуры лосей на переднем плане и соседствующие с ними три всадника со знаменами. А знаменитый всадник со штандартом стал гербом республики Саха-Якутия.

Скала, за которой закрепилось название Томская писаница, приковывала внимание ученых на протяжении трех столетий. История ее исследования одна из самых богатых в истории русской археологии. Томские скалы стали известны всему миру еще на заре русской науки. Благодаря удачному расположению на путях в Сибирь, они долгие годы привлекали ученых своей оригинальностью и нераскрытыми тайнами. Уже в XVII веке это место упоминается в записках переселенцев: «На краи реки Томи, лежит камень велик и высок, а на нем написано: звери и скоты, и птицы, и всякие подобия…».

Настоящий научный интерес возник несколько позже, уже в XVIII столетии. В 1719 году в Сибирь указом Петра I был направлен находящийся на русской службе немецкий доктор и ботаник Даниэль Готлиб Мессершмидт. Членом его экспедиции, шведским пленным капитаном, сосланным в Сибирь Филиппом Иоганом Страленбергом и была впервые обследована писаница на реке Томи. По возвращении на Родину он подготовил и в 1730 году издал сочинение «Историко-географическое описание Северной и Восточной частей Европы и Азии». В этой книге и были впервые опубликованы рисунки Томской писаницы.

Дальнейшее исследование памятника связано с именем историка Василия Никитича Татищева, он в 1735 году послал к подножию скал геодезиста В. Шишкова, который со скрупулезной точностью описал расположение древних рисунков. Чуть позднее эти места посещали участники грандиозной по масштабам Северной экспедиции Российской Академии Наук (1733–1743). Сведения о рисунках на Томских скалах содержатся в трудах историка Г.Ф. Миллера, натуралиста И.Г. Гмелина, Я. Линденау, С.П. Крашенинникова и Г.В. Стеллера.

СПАССКИЙ ГРИГОРИЙ ИВАНОВИЧ (1783 - 1864)

Известный русский историк, член-корреспондент Императорской Академии Наук, исследователь Сибири. В 1803 году по приглашению губернатора Томской губернии приезжает в Сибирь. Спасский командируется «по Красноярскому и Кузнецкому округам для исполнения разных поручений, заключающих в себе исторические и топографические сведения и требующих особых познаний и деятельности». Занимался историей и археологией Сибири, издавал журнал «Северный Вестник» где опубликовал множество ценных статей, летописей, описания местных древностей и быта коренных народов Сибири, заметок известных путешественников того времени.

За свою жизнь Г.И. Спасский собрал ценнейший архив документов, посвященных истории, археологии и этнографии Сибири. К его наследию обращались многие российские и советские исследователи. С 1951 года его личный архив был выделен в отдельный фонд. Его перу принадлежат такие труды: «Сведения о русских и реке Амуре в XVII в.», «О босфорских монетах», «О достопримечательных памятниках Сибирских древностей и сходстве некоторых из них с великорусскими», «Очерк из быта некоторых сибирских инородцев», «Книга Большому Чертежу», «Сибирская летопись», «Сибирские надписи», «О торговых сношениях России с западным Китаем», «Босфор Киммерийский с его древностями и достопамятностями», «Археологическо-Нумизматический сборник».


В следующем столетии писаница приковала внимание Григория Ивановича Спасского. Он рассматривал Сибирские писаницы в тесной связи с другими археологическими памятниками, и видел в рисунках следы высокоразвитой древней цивилизации. В начале XX века много сил для изучения и сохранения памятника прилагал известный сибирский исследователь и фотограф Н. Я Овчинников, он первым сделал снимки памятника и позднее описал его в статье «О «писаных» камнях в Томском уезде».

Томская писаница заняла достойное место и в монографиях советских ученых, активные исследования памятника проводили В.И. Огородников и А.П. Окладников. Академик Окладников в 1960-х годах прошлого века дал не только точные и детальные описания каждого рисунка, но также обнаружил несколько новых пунктов с древними изображениями.

В 1960–1980 годы изучение памятника проводила группа ученых под руководством профессора Анатолия Ивановича Мартынова. Исследователи концентрировали свое внимание не только на самой писанице, но также уделяли большое внимание просветительской деятельности среди местного населения. Вышел целый ряд публикаций в прессе, передачи на радио и телевидении, к изображениям стали организовываться первые экскурсии. Для облегчения доступа к скалам для публики была построена специальная лестница.

Многолетние усилия десятков людей по изучению и сохранению этого памятника первобытного искусства привели к тому, что в феврале 1988 года Постановлением Совета Министров РСФСР на берегу реки Томи был создан историко-культурный музей-заповедник «Томская писаница». На сегодняшний день он является единственным в России музеем под открытым небом, посвященным наскальным изображениям древности.

Скала с писаницами расположена в Яшкинском районе Кемеровской области, в лесопарковой зоне, на правом берегу Томи, в 50 км от Кемерова. На сегодняшний день здесь обнаружено около 300 изображений. Практически все рисунки на Томских скалах выбиты, экспедиции А.П. Окладникова удалось обнаружить только два изображения нанесенных охрой. Древний художник, оставивший свои полотна на камне, прекрасно знал свойства материала, с которым работал. Он выбирал ту часть скалы, где порода легче поддавалась отбивке, прошлифовке и резьбе, но в тоже время материал должен быть устойчивым к выветриванию и непогоде. Если поверхность была недостаточно гладкой, то она предварительно подготавливалась для нанесения рисунков, удалялись ненужные выпуклости и неровности. Другой особенностью Томской писаницы является традиционный, устоявшийся на протяжении тысячелетий круг образов, в центре которого стоит изображение лося — хозяина лесов. Все остальные сюжеты: антропоморфные существа, личины, птицы, медведи, лодки, солярные знаки встречаются здесь гораздо реже. Человекоподобные существа изображены гораздо более примитивно и грубо, чем рисунки лосей. Фигуры человека нанесены на скалы словно развернутыми по спирали, ноги, для передачи динамики, рисовали в профиль, туловище — в фас, а голова также разворачивалась в профиль. Создается впечатление, что своему изображению древний человек уделял гораздо меньшее значение, нежели рисункам животных, которые переданы с величайшее точностью, с соблюдением пропорций и особенностей строения тела. Также древний мастер смог с художественной точностью передать повадки и особенности поведения животного. Он умело подчеркивал основные черты, опуская маловажные детали, приближался к передаче внутреннего состояния зверя. Томская писаница яркий пример сочетания реализма и условности изображения. Это искусство реалистичное по форме, но вместе с тем мифологическое по содержанию, магическое по своей направленности. Рисунки на камнях представляют собой, в известной степени, повествование — сцены из реальной жизни первобытного мира.

Господство лосиных сюжетов на скалах не случайно. Оно определяется реальной ролью лося и лосиной охоты в жизни лесных племен Сибири каменного века и эпохи раннего металла. С того времени как исчезли мамонты, самыми распространенными крупными и могучими обитателями тайги стали лось и медведь. Охота на лося стала основным источником пищи для лесных племен. Из шкур изготавливали одежду ими же покрывали жилища.

Лоси на Томских скалах многочисленны, на некоторых композициях они идут один за другим, все они изображены практически в одной манере — короткое массивное туловище с узким и сухим крупом и мощная горбообразная передняя часть туловища. Очень живо переданы морды животных. Очень реалистично показано утолщение тяжело нависающей мясистой верхней губы, отмечена мягкая линия рта и узкий, выразительный разрез глаза. На всех фигурах вырисованы настороженные, поднятые вверх уши, но ни на одной из них нет характерных пышных лосиных рогов. Очень тонко передана серьга под подбородком. Ей придавался особый смысл, по поверьям сибирских народов именно в этой шишке-серьге заложена душа лося. На многих фигурах в области груди изображена стреловидная фигура, возможно, так переданы сердце и аорта животного.

Одной из главных черт стиля и художественного мироощущения Томской писаницы является движение. Все изображенные здесь животные объединены единым динамическим порывом — они быстро шагают или бегут, вытянув головы вперед. Стремясь передать, и даже усилить движение, древний мастер слегка поднимал переднюю часть фигуры.
Изображения Томских писаниц не были нарисованы каким-то одним талантливым человеком либо народом. У этих скал сменились многие поколения людей, и каждое из них оставляло своим потомкам новые и новые наскальные рисунки.
Специалисты выделяют на берегах Томи три стилистические группы: изображения нанесенные краской, рисунки, выбитые сплошь или контуром на скале, фигуры глубоко прорезанные на каменной поверхности.

Древнейшим рисунком на скалах, скорее всего, является огромное изображение лошади, нарисованное красной охрой на Тутальской скале. Рисунок перекрыт выбитыми изображениями лосей и уже поэтому является самым старым из известных на Томи изображений. Контур фигуры был грубо обрисован широкой красной линией, краска так сильно выцвела и поблекла, что практически сливается со скальным фоном. Рисунок лошади имеет определенное стилистическое сходство с палеолитическими рисунками в Каповой пещере, Шишкинских скалах и изображениями лошадей мадленской эпохи в пещерах Франции и Испании.

Основная же масса изображений Томских писаниц относятся к неолитическому времени. Рисунки со скал можно достаточно точно соотнести с предметами искусства из разных погребений позднекаменного века. Именно к этой эпохе специалисты относят большинство натуралистических контурных изображений животных. Лодки и ряд символических знаков относят к времени металла.

Прорезанные по контуру рисунки лося и антропоморфных существ на Томской писанице

На рисунках, которые датируются бронзовым веком можно найти танцующие мужские фигуры с клювами и птичьими конечностями вместо рук. Перекрывая эти изображения, почти во весь камень прочерчено огромное изображение мифического оленя с отходящими от головы лучами. Эти рисунки отличаются от неолитических изображений своим смысловым содержанием и своеобразным стилем исполнения. В них с полной ясностью видно нарастание сложной символики и схематизма, которые зародившись на закате неолита, становятся теперь главной тенденцией искусства. Одновременно расширяется и значительно усложняется круг идей, связанных с наскальными рисунками, появляются совершенно новые сюжеты: антропоморфные существа, солярные знаки. Зверь при этом утрачивает в сознании художника свое прежнее господствующее положение. Появляются такие новые приемы художественной передачи образов как четкий линейный рисунок, выполненный резьбой по контуру. Эта техника точно передавала основную идею, подчеркивая и усиливая только самое основное.

В этих произведениях, по прежнему, много динамики, лоси поворачивают головы, оглядываются назад, люди представлены с согнутыми руками и ногами. Появляется новая форма изображения антропоморфных существ, непривычная для неолита, не спереди, а сбоку. Вероятно, что теперь перед художником стояла новая задача — необходимость передать не только сам образ, но и производимое им действие.

В эпоху бронзы на скалах появляется новый мотив — антропоморфные личины. Они выполнены предельно схематично — овал сердцевидной формы, с обозначенными глазами и ртом.

Томские писаницы существенно дополняют наши представления о мировоззрении древнейшего населения Сибири. На писаницах с большой силой раскрываются мысли и чаяния, связанные с охотничьей жизнью, с заботой о благополучии. Сегодня можно с уверенностью говорить, что в основе этих изображений находится первобытная охотничья магия, стремление овладеть зверем. Люди питались лосиным мясом, одевались в одежду из его шкур, из костей делали оружие и предметы быта: наконечники стрел, гарпуны, проколки и украшения. Именно поэтому образ лося приобрел для первобытного охотника магическое значение и сверхъестественные масштабы. Человек тех эпох был жизненно заинтересован в численности поголовья этих животных. Не случайно среди массы рисунков лосей почти не встречаются изображения самцов, перед зрителем предстают только безрогие самки, в чреве которых и рождается новая жизнь. В этом плане очень интересны рисунки акта размножения животного, в некоторых из которых присутствует и участвует человек. Интересно, что идея размножения выражена на писанице разными способами, кроме непосредственно сцен спаривания, на скалах изображался отдельно орган деторождения. Знаки женского плодородия встречаются здесь довольно часто. Так же на Томских скалах можно увидеть различные сцены охоты, одни звери показаны попавшими в загоны или петли, другие изображены с вонзенными в тело копьями или дротика.

Помимо фигур лосей и оленей на памятнике встречаются изображения птиц: филина, журавлей, уток, лыжников-охотников, предельно схематичные изображения лодок с гребцами. Мир идей первобытного охотника сибирских лесов был широк и разнообразен, он был связан с повседневной жизнью, порождавшей как реальные знания, так и фантастические представления сформировавшиеся внутри человеческих коллективов. Писаницы создавались как часть сложной духовной жизни людей, многие детали свидетельствуют об их особом значении. Они были важной смысловой частью родовых праздников, включали в себя переодевание, перевоплощение в зверей и птиц, танцы, музыку. Наскальные рисунки передавали эпические сказания от поколения к поколению. Они на века запечатлели образы первобытной реальной жизни и сложной мифологии.

Величественное озеро Байкал занимает особое место не только в природе, но и в истории народов Азии. Он стал колыбелью многих культур в древности. На его берегах сменились многие народы и племена. С Байкалом и окружающим его пространством связан целый комплекс исторических проблем, наложивших отпечаток на развитие всего континента.

Берега озера были заселены с очень давних времен. Практически в каждой более или менее удобной для жизни бухте можно найти следы древней жизни. Прежде всего, первобытных охотников каменного и раннего бронзового веков. Под песком байкальских берегов скрыты остатки поселений, фрагменты каменных и костяных орудий, керамических сосудов. Нередко эти артефакты можно отнести к произведениям ювелирного искусства. Таковы, например, тонко отделанные наконечники стрел из кремня, яшм и полупрозрачного халцедона. Фигурки рыб из байкальского мрамора, точно передающие форму омуля, сига или налима. Фигурки последнего встречаются чаще других. Налим имел особое промысловое значение у первобытных рыболовов-охотников. И в наши дни этой рыбе отводится важная роль в бурятском фольклоре и древней шаманской религии. В бурятском эпосе чудесным образом сохранились остатки мировоззрения и мифов первобытных обитателей региона.

Более 150 лет известны науке байкальские петроглифы, они могут многое рассказать о древнейшей жизни далеких предков, отношениях с природой и мировоззрении. Изучив и поняв наскальные изображения, исследователь может войти в мир идей и чувств, волновавших человека тысячелетия назад.

Путем сравнения байкальских петроглифов с изображениями других областей, можно определить время, когда они были нанесены на камни, проследить развитие связей с древними племенами долин Енисея, Лены, Оби и других территориях.

Сегодня древние изображения найдены во многих районах Байкала, Прибайкалья и Забайкалья, в бухтах Саган-Заба и Ая, в долинах рек Анги и Селенги, на горах Орсо и Голубинка, у деревень Душелан и Алга и десятках других пунктов.

Выбитые фигуры птиц, утес Саган-Заба

В нашей книге мы особое внимание уделим петроглифам Саган-Заба, которым по праву можно отдать главное место среди наскальных рисунков байкальского региона. По словам академика А.П. Окладникова, «петроглифы Саган-Забы — подлинная жемчужина древней культуры и искусства народов Восточной Сибири. По композиции, манере письма и разнообразию сюжетов они самые сложные из всех известных наскальных рисунков на всем пространстве от Урала до Тихого океана».

Утес Саган-Заба — одно из красивейших мест западного побережья Байкала. Он находится на северо-западном побережье Байкала, в 20 км от устья реки Анги и в 5 км к северо-востоку от мыса Крестовский на территории Прибайкальского национального парка. Издали Саган-Заба выглядит мощной уходящей в воду гребневидной стеной. Вблизи скалы приобретают бело-розовый оттенок кристаллического известняка, из которого сложен утес. Он заметно отличается от окружающих скал необычной светлой окраской, меняющейся в зависимости от времени суток, и какими-то необыкновенно плавными формами скал. Летом утес особенно красив в лучах восходящего солнца.

Из пади Бурун Саган-Заба можно подняться на вершину утеса, откуда открывается великолепный вид на Байкал. Сама вершина утеса, поросшая редкими лиственницами, довольно необычна из-за глубокой воронки диаметром 40–50 метров. Своеобразие склонам утеса придают интересные формы выветривания. Известняк — материал не прочный, легко уступающий дождям, солнцу и свирепым байкальским ветрам, даже суслики без особого труда роют в нем свои норки. Благодаря этому свойству кристаллического известняка на склонах утеса можно обнаружить забавные образования.

На участке береговой линии Байкала от Ольхонских Ворот до мыса Крестовский встречается несколько похожих на Саган-Заба беломраморных утесов, но именно Саган-Заба был объявлен памятником природы. Мировую известность утесу принесли древние наскальные рисунки-петроглифы на одной из его скал. Рисунки выполнены в разные эпохи и относятся к бронзовому — позднему железному векам (II тыс. лет до н.э.–I тыс. лет н.э.), т.е. самому древнему рисунку около 4000 лет.

Петроглифы утеса Саган-Заба стали известны науке благодаря исследованиям Н.Н. Агапитова. В 1881 году вышла его статья о рисунках в бухтах Саган-Заба и Ая, а также других археологических памятниках.

Всего исследователь насчитал пять групп изображений и отметил, что часть рисунков «уничтожена осыпанием утеса, пробелы, … между пятью сохранившимися группами фигур, обусловлены именно осыпанием известняка, составляющего утес, по всей вероятности,…вся стена представляла бы довольно цельную страницу из жизни народа, оставившего по себе такую память».

Н.Н. Агапитов стал свидетелем бурятского очистительного обряда в честь духа — хозяина скалы. «… прежде чем приступить к отысканиям изображений, … мы присутствовали при обряде очищения. Совершалось это так: собрали несколько травы, зажгли огонь, бросили траву в огонь и когда она закурилась, то каждый подержал по очереди каждую из своих ног над дымом, тем и закончилось очищение. Но еще нужно было умилостивить бурхана, почему понадобилась водка, нарочно взятая моим спутником, чтобы приобрести расположение проводников. Все буряты уселись в кружок, самый старший и почетный из бурят налил в деревянную чашку водки, встал, обратившись к утесу со словами молитвы, три раза выбрызгивал немного водки по направлению к утесу, испрашивая разрешения посмотреть работу бурхана, т.к. буряты полагают, что изображения на скале рисует бурхан…».

Зарисовка писаниц Саган-Заба, выполненная Т.И. Савенковым в 1913 году. Благодаря его копиям петроглифов сегодня мы имеем информацию о тех фигурах, которые не сохранились до наших дней

В 1913 году в бухте побывал и обследовал рисунки Тимофей Иванович Савенков, он первым в литературе о писаницах Байкала обратил внимание на их разновременность: «В прошлом вся поверхность утеса на этом протяжении была исписана громадным количеством фигур и знаков. Эти фигуры наносились разновременно, местами одна на другую; некоторые из них видны совершенно ясно, некоторые заметны из под верхних фигур только в определенное время дня, при определенном освещении… Чем древнее фигура тем художественнее ее исполнение. В более поздних начинает преобладать значение символа «положение тела», знаки на туловищах людей и животных и художественная сторона отходит на второй план. Некоторые фигуры изображены совершенно схематично, т.е. оставлено то положение рук или ног, которое имеет определенное значение, туловище только отмечено». Исследователем были сделаны первые фотографии петроглифов и ряд зарисовок. Алексей Павлович Окладников, сверяя эти зарисовки с кальками, сделанными его экспедицией, отметил их точность и тщательность.

В советское время петроглифы обследовались археологической экспедицией Института истории, филологии и философии Сибирского отделения АН СССР под руководством А.П. Окладникова в 1968 и 1971 годах. Впоследствии они изучались многочисленными археологическими экспедициями, в том числе и международными.

Западный мыс пади, где расположены древние рисунки, представляет собой отвесную стену из белого мрамора, высота которой, от 12 до 15 метров, длина около 25. У края скалы прежде добывали мрамор, здесь и сейчас можно увидеть цилиндрические каналы для закладки взрывчатки и груды разбитой породы. Однако часть скалы, где нанесены петроглифы уцелела. Что касается самих рисунков, они сильно пострадали от времени. До наших дней дошла лишь небольшая часть изображений. Сказались наслоение изображений друг на друга, воздействие ветра и атмосферных осадков. Но особенно сильно скалы пострадали он действий человека. На момент открытия здесь насчитывалось около 60 рисунков. В настоящее время часть рисунков по разным причинам утрачена. Некоторые, находящиеся в нижней части композиции, заглажены волнами Байкала, другие варварски уничтожены людьми. Монахи Посольского монастыря, видимо в порыве религиозной борьбы с шаманизмом, глубоко выбили поверх древних петроглифов восьмиконечные кресты. Постарались и современные вандалы, выплеснув свое скудоумие на священные для предков скалы.

Поэтому сегодня зарисовки Тимофея Савенкова особенно ценны, он мог наблюдать в 1913 году изображения менее пострадавшие от разрушительной деятельности природы и современного человека.

Наскальные рисунки Саган-Заба представляют собой композицию из фигур людей, животных и птиц. Самые древние рисунки на утесе выполнены методом точечной выбивки, более поздние — резными линиями. Характерная деталь наскальных рисунков людей на утесе — маленькие рожки на голове. Это может означать, что изображены не люди, а духи или шаманы. Среди рисунков так же встречаются изображения оленей, быков, собак, гусей, лебедей.

К числу наиболее ранних петроглифов принадлежат крупные антропоморфные фигуры — изображения людей или духов в человеческом облике. Эти рисунки сохранились наиболее плохо, они расположены тесными группами, один около другого или друг над другом. Эти ранние человекоподобные фигуры являются целостными по замыслу и стилю изображения. Главную черту этого единства академик Окладников определил как «эпический монументализм». «От фигур веет спокойствием и вечной тишиной, так резко контрастирующей и вместе с тем с такой силой подчеркнутой вечным волнением байкальских волн», — писал он. Все фигуры обращены к зрителю лицом, имеют широкие плечи, подчеркнуто узкую талию, могучие бедра. Художнику удалось подчеркнуть силу и мощь изображаемых существ. Впечатление монументальности подчеркивают крупные размеры изображений, и сходство позы фигур. Самая характерная их черта — положение ног — широко расставленных и согнутых в коленях в форме ромба. Изображенный человек «танцует». То, что фигура передана в движении, подчеркивает и положение рук. Головы этих существ маленькие, увенчаны небольшими отрезками в виде рогов-развилки. Подобные фигуры можно встретить на писаницах Братской Кады и керамике найденной на реке Томи относящейся к второй половине II тыс. до.н.э.

Одно из рогатых антропоморфных существ, выбитых на скалах Саган-Заба

К последующему времени можно отнести другие рисунки с более разнообразным содержанием. Здесь так же присутствуют антропоморфные фигуры, они во многом повторяют более древние, но вместе с тем в них нет прежней стилистической строгости. На рисунке Т.И. Савенкова хорошо видна человекоподобная фигура с округлой головой, ноги которой опираются на длинный, изогнутый дугой рог оленя. Именно по изображению оленя и датировалась эта композиция. Животное изображено с подтянутыми ногами и широко раскинутыми горами на голове. Именно эта поза находит ближайшее сходство с оленями на бронзе тагарской культуры и отчасти с фигурами благородных оленей на оленных камнях Забайкалья и датируется I тыс. до н.э.

Что касается идейного содержания наскальных рисунков в бухте Саган-Заба, то еще М.Н. Хангалов и Б.Э. Петри видели в их основе шаманизм. На такой характер изображений указывают «шаманские шапки». Матвей Николаевич Хангалов отмечал, что рогатые антропоморфные существа имеют сходство с местным онгоном Ухан-Хата, изображающим водяных духов. Его изображения также рогаты, а туловище передавалось треугольником. Кроме того исследователь указывал, что на бурятских онгонах, фигуры также располагались в два ряда, здесь же присутствовали изображения животных, птиц, змей, рыб.

Наскальные изображения для бурят были священны, им приносили жертвы, клали деньги, брызгали тарасун. По словам М.Н. Хангалова у бурят существует мнение, что изображения на скалах, были «общественными онгонами в эпоху общественной жизни, когда устраивались общие охоты и облавы на зверей».

На шаманский характер изображений так же могут указывать небольшие кружки, изображенные у одного танцора с утесов Саган-Заба, в них можно видеть шаманские бубны.

Наскальные рисунки самые известные, но не единственные археологические находки Саган-Заба. Неподалеку от утеса найдены многочисленные свидетельства пребывания древнего человека. В восточной части бухты Бурун Саган-Заба, которая примыкает к утесу с восточной стороны, в результате раскопок обнаружена стоянка древнего человека времен от неолита до позднего железного века. Найдены остатки керамической посуды, скребки, ножи, топор. Неподалеку найден культовый комплекс XVII–XIX веков, состоящий из нескольких очагов-жертвенников. Комплекс, скорее всего, использовался для обрядов почитания хозяина писаной скалы Саган-Заба.

В ходе изучения петроглифов Байкала было сделано поразительное открытие — устойчивая связь древних памятников с живыми фольклорными традициями, шаманской идеологией бурятских племен. В рисунках на скалах отчетливо прослеживается внешние, наиболее наглядные проявления шаманизма, характерные черты того шаманского ритуала, который известен по этнографическим материалам XIX–XX столетий.

Отсюда следует исключительно важный для истории Прибайкалья и в особенности для этногенеза бурятского народа вывод об устойчивости коренного населения этих районов, о непрерывной передаче этнографических традиций.


© 2011 «Грачёв и партнеры»
К СЛЕДУЮЩЕЙ ГЛАВЕ